Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Современная цивилизация — обмен ценностей на удобства.
Станислав Лем, польский писатель
Latviannews
English version

Илона Яхимович: «Прямой эфир — это магия, которая омолаживает»

Поделиться:
На работу как на праздник.
Ведущая Латвийского радио-4, журналист, продюсер, писатель, краевед, экскурсовод, мама двоих детей, сына и дочки, наконец, красивая и обаятельная женщина — это все про Илону Яхимович. Ее музыкальные программы, безупречный русский язык, теплые душевные беседы в эфире уже два десятка лет радуют радиослушателей. А еще Илона заядлая путешественница. Вместе с мужем-бизнесменом Дмитрием Зайцевым они объездили всю Европу. В последние годы с дотошностью краеведов изучают разные уголки России. А еще Илона проводит экскурсии в любимых Вецаки, пишет книги и организовывает выставки. У этой очень занятой женщины мы решили выяснить: как построить свою жизнь, чтобы она не зависела от обстоятельств?

Главнее меня нет никого

В этом году у Илоны Яхимович юбилей — 20 лет работы на Латвийском радио-4 (LR-4), а до этого были 7 лет на SWH+ и телевидение. В целом почти 30 лет работы в СМИ.

Илона, 20 лет в одной редакции по нынешним временам можно считать рекордом. Чем объясняется такая привязанность?
Я вообще человек, который привязывается: к ароматам, к друзьям — я не люблю менять жизненные обстоятельства. Мне не нужно делать ремонт в доме, чтобы так прорабатывать какие-то свои внутренние проблемы. Мне и так хорошо. Когда ты много лет на одном месте, ты можешь почувствовать свою собственную эволюцию: с чего ты начинал, к чему пришел, что ты теперь умеешь, о чем раньше и не мечтал, а теперь даже можешь научить других.

А движение по карьерной лестнице вас не интересовало?
У меня свое движение. Сначала я была просто музыкальной ведущей, создавала определенное музыкальное настроение. Выбирала и ставила музыку, которая во многом отражала мои вкусы, знания. Рассказывала об этой музыке, но не слишком много, потому что главной в том формате была музыка.

А потом все кардинально изменилось — я стала журналистом, хотя у меня не было соответствующего образования. Я научилась своему делу здесь, на радио. Передо мной были прекрасные примеры, например, Татьяна Зандерсон, другие талантливые журналисты. И была, наверное, внутренняя предрасположенность. Я люблю общаться, люблю слушать и задавать вопросы. А это очень нужно на радио. О себе меньше — о других больше. Знание музыки тоже пригодилось, и теперь я и продюсер, и ведущая, и сама себе корреспондент. Мне кажется, это и есть карьерный рост. Директором радио я становиться не хочу, и, наверное, не смогла бы. Мне нужен эфир, чтобы им руководить, а главнее меня в эфирное время нет никого.


Илона Яхимович с певицей Нино Катамадзе в студии «Домской площади».
С Интарсом Бусулисом на LTV-7.
Счастливое детство.
С мамой.
Счастье есть...
С бабушкой Майей Михайловной и мужем Дмитрием Зайцевым.
С коллегой Татьяной Зандерсон.
Розы для Маэстро.
Аллабай — семейный антидепрессант.

Идеальный вариант для мироздания

Откуда у вас такое хорошее знание музыки?
Было время, когда я была связана и с рижским рок-клубом, и с музыкальным клубом «Саксофон». Тогда было модно слушать музыку, разбираться в ней: джазе, блюзе, рок-н-ролле, в русском роке — все это у меня осталось с 90-х годов. Позже пришло знание музыки академической, классической. К этому меня привело не только радио, но и моя дочь, которая учится в Латвийской музыкальной академии.

Соня пианист и композитор, я многое узнаю благодаря ей. В этом году дочь оканчивает академию, но ее учеба продолжается, потому что параллельно она учится в Таллинской академии музыки. Соня будет не только композитором, но и продюсером, создающим композиции с использованием в музыке современных технологий. Так что современной музыки вокруг меня станет больше.

А какой путь выбрал ваш сын?
Арсений только что окончил школу и учится на 1-м курсе Университета предпринимательства в Таллине. Там можно было выбирать обучение на русском языке, чего он очень хотел.

Расскажите, как вы познакомились с мужем?
Мы познакомились благодаря радио. И вместе уже 23 года. Он появился как спонсор программы, привез призы. Мы стали общаться, поняли, что у нас много общих интересов, в том числе рок-музыка. Мне кажется, наш союз — идеальный вариант для мироздания. Единственное, о чем мы жалеем, — что не нашли друг друга раньше.

То время было расцветом коммерческих радиостанций. Радиоведущих знали и любили. Наши слушатели начинали привыкать к тому, что вещание идет именно для них. Не из Москвы, не из Лондона, а из Риги, и специально для них! В этой «местечковости», в положительном смысле, есть великая сила, ее нельзя терять. Мне и сейчас очень важно чувствовать близость, присутствие рядом моих слушателей, которые живут со мной не только в одно время, но в одной стране и в одном городе.

Как радиослушатель хотела бы заметить, что не у всех ведущих грамотная русская речь. Требования к профессии стали ниже или правильный русский язык больше не относится к их числу?
Кардинальное отличие нашего радио от многих коммерческих, развлекательных радиостанций в том, что на них ведущий говорит о себе. С его личности, с его «я», начинается и заканчивается любой эфир. Кроме того, я как ведущая всегда общаюсь с человеком, который живет рядом со мной. Радио о людях и для людей — это мой самый главный принцип.

А то, что говорить надо с людьми, да и с самим собой, на правильном русском языке, в нашем коллективе и для меня лично — неоспоримо: сначала нужно научиться ремеслу, а потом выходить в эфир. Так же, как писать тексты. Сейчас их пишут все, но как?! Безусловно, журналистика — это профессия, и ей, как любой другой, нужно учиться. Это как скульптор, который отсекает все лишнее, оставляя только необходимое. Так же у профессионалов идет работа со словом.

Типичный трудоголик

А где вы учились ремеслу?
По образованию я филолог, после Рижской 40-й школы окончила иняз в Латвийском университете по специальности «английский язык и литература». Цепочка логичная: у меня был замечательный учитель литературы в школе, прекрасные педагоги английского языка. Мы много читали — это было нормой. Любое знание расширяет кругозор и учит учиться на ходу. Все, что ты узнаешь потом, наслаивается, и ты можешь анализировать.

Сейчас времени меньше, чтобы читать. А вот слушать музыку, узнавать о современных композиторах, в том числе латышских, — мне очень интересно, на этом я расту.

40-я школа — это выбор родителей? Наверное, жили рядом?
Да, мы жили на углу Чака и Бруниниеку. Папа ходил в море, и я была дочкой моряка. Иногда не видела его по полгода. А когда он приезжал и в доме вдруг раздавался громкий мужской голос, я пугалась. Мама работала в профсоюзе работников речного и морского флота. Она у меня физкультурница, и сейчас выглядит чудесно. Я счастлива, что у меня, как мне кажется, мамины гены. Это что касается внешности.

А характером я в бабушку, которой уже 97 лет. Она работала врачом-рентгенологом, и она моя абсолютная муза в жизни. Все говорят, что я на бабушку очень похожа, такой же трудоголик. Ответственный, серьезный, хотя кажется, что я все время шучу. Но шутки шутками, а то, что обещала — сделаю. Какая-то «козерожья», может быть, бабушкина упертость. Обязательно доведу до конца то, что начинаю.

Папа вас баловал, наверное, подарки привозил?
Подарки были, но родители меня не баловали. Я получила строгое воспитание. И поздно нельзя было приходить, и всякие там танцульки — не для меня. Если я с кем-то шла в кино, то мой кавалер потом должен был позвонить в дверь и передать меня из рук в руки папе.

От меня требовали самостоятельности — родители не занимались моей учебой, это была моя обязанность, и я с ней неплохо справлялась. Так же я относилась потом и к обучению своих детей: это их дело, сами с этим справляйтесь.

Мое детство было абсолютно счастливым, и воспоминания остались самые прекрасные. До сих пор время от времени встречаемся с одноклассниками, особенно, когда в Ригу приезжают те, кто разъехались по разным странам.

Омолаживающий микрофон

Помимо чудесных генов, которые вам достались от мамы, может быть, вы придерживаетесь какой-то волшебной диеты? Не поделитесь?
Нет у меня никакой особой диеты! Просто, как человек мыслящий, я понимаю, что опасно для фигуры. Это сидеть или лежать и ничего не делать. И есть. А что из продуктов можно назвать «кирпичом» в организме? Это, конечно, сахар, белая мука, крахмал — вот и все. Путем недолгих исследований я поняла: если исключаешь такие продукты из ежедневного употребления, чувствуешь себя легче. И это не только внутреннее ощущение, но и видно по талии твоих брюк или юбки.

Это значит, никаких булочек, пирожных, конфет?
В идеале, да. Но что-то, конечно, позволяю себе. Как сказала одна наша известная певица с прекрасной фигурой: «Один тортик, как исключение, ничего плохого не сделает, но и один поход в спортзал, как исключение, тоже ничего хорошего не сделает». То есть во всем нужна система. Но иногда чуть-чуть выбиться из нее можно.

Еще я обязательно посещаю раз в неделю физиотерапию и хожу пешком. У меня нет машины, я слежу за количеством шагов, и стараюсь жить без лифта, поднимаюсь по ступенечкам — мне кажется, это бесплатный фитнес, полезный для пятой точки.

Ваш муж — предприниматель. Наверное, вы могли бы не работать, о чем мечтают многие женщины…
Думаю, да, мой муж меня бы прокормил (смеется). Но если бы я резко изменилась и превратилась в домохозяйку, это была бы не я, не та Илона, которую он выбрал. Он всегда увлечен моими темами, в каждую нашу поездку я обязательно беру с собой микрофон, всегда записываю какое-нибудь интервью. А он всегда рядом, и сфотографирует, и послушает. То есть он мой соратник, и думаю, он бы очень сожалел, если бы я не выходила в эфир.

Есть еще одна вещь, которую подтвердят и ученые: существует зависимость от адреналина — ну, как жить без эфира? Для меня это невозможно. Этот вызов, этот включенный микрофон, красная лампочка над дверью — это что-то особенное, может, даже омолаживающее. И однозначно очень важное.

Как и на телевидении, где я много лет проработала, ты садишься к гримеру, сосредотачиваешься, и все — включается какой-то внутренний вулкан: абсолютная концентрация, точность мысли. Если в жизни ты можешь оговориться, не то слово подобрать, то тут все выстреливает в яблочко. Короткое время прямого эфира дает ощущение большой поездки, командировки — ты как будто оказываешься в ином измерении. Это магия, волшебство...

Стюардесса по имени Илона

А как вы после иняза оказались на телевидении?
Параллельно инязу я еще училась на стюардессу. Сейчас для этого есть курсы, а тогда надо было окончить училище, где английский язык очень приветствовался. Учиться надо было целый год, потом была практика, и только потом самостоятельное плавание по небу. Год я проработала стюардессой — пока советский аэрофлот не прекратил свое существование.

Это было время, когда все менялось, и надо было начинать что-то новое. Паники не было, помню, первая мысль была: а чем бы я хотела заняться? Появилась возможность попробовать себя в качестве ведущей на коммерческом телевидении KS-video. Мой первый опыт — женская программа «ТВ-трюмо». KS-video в основном показывало фильмы. Два часа вещания каждый вечер. А поскольку фильм ровно два часа не длится, оставался некий «хвостик» — время, которое нужно заполнить.

И вот каждую среду пускали «женский» фильм, а я под него делала небольшое вступление. Рассказывала об актрисе, которая играла главную роль, могла вставить элементы гороскопа, например, камень недели — тогда это было очень популярно. То есть создавала некое настроение, чтобы подготовить зрительниц к просмотру.

Потом я стала делать другие программы, под которые надо было искать рекламу, и тут еще проявился мой талант и опыт рекламщика. Это было время особого доверия, когда бумажка с печатью ничего не значила, значили слова. Это время ушло.

Комфортное место

Вы много путешествуете и по Европе, и по России. А еще устраиваете экскурсии по Вецаки. Как получилось, что вы стали и экскурсоводом, и краеведом?
В Вецаки живет наша семья. Как правило, люди мало знают о месте своего жительства. А мне это кажется очень важным. Моя экскурсия длится как минимум 2,5 часа. При этом ты вроде бы остаешься в своем городе, но ты и путешествуешь. Я обращаюсь к тем, кто хочет узнать что-то новое о своем городе, об известных людях, которые здесь жили, о старинных зданиях. Любопытно посмотреть, как раньше строили и какие бесценные артефакты уходят навсегда. И как появляется что-то новое. Например, недавно мы поставили новую скульптуру, она называется «Купальщица». А еще есть всякие потайные закутки, где прячутся уникальные здания в стиле ар-деко, другие сюрпризы.

В Вецаки я живу 20 лет. Мы с Ильей Дименштейном успели даже написать книгу об этом историческом курорте. У меня собрана уникальная коллекция старинных вецаковских открыток. И я продолжаю свои исследования. Надеюсь, что скоро завершу работу над электронным форматом книги «Рижский курорт Вецаки». Сейчас мы делаем второе издание, дополненное и исправленное.

Как вы все успеваете? Расскажите о своем режиме.
У меня очень строгое расписание. Подъем каждый день около восьми, в девять я выхожу из дома, рабочий день начинается в десять.

В шесть вечера я ухожу с работы. Стараюсь все успеть за день, потому что в определенное время у меня электричка. Вечером мы собираемся всей семьей и вместе ужинаем. Потом надо еще листья убрать на улице, что-то приготовить. А суббота-воскресенье только мои, только семейные. Хотя одна из моих программ «Легенды латвийской музыки» выходит в воскресенье утром. Но я успеваю ее записать на неделе.

Вообще я люблю работать в редакции «Домской площади», за своим рабочим столом, у своего компьютера. Это касается и каких-то дополнительных проектов, в том числе книги. Там мне комфортно. А вот дома я занимаюсь только домашней работой.

Большинство рижан предпочитает отдыхать в западных странах, вы же много ездите по России. Как это получилось?
Однажды мы с мужем поняли, что всю Европу мы уже объездили, и нужны новые впечатления. А что мы в России видели? Даже когда я летала стюардессой Аэрофлота, ни на что не хватало времени. А там же столько всего прекрасного, начиная с Золотого кольца!

Этим летом мы купили тур по Волге, прилетели в Москву, сели там на кораблик на речном вокзале и отправились до Казани. Это было сказочное путешествие! В Казани вышли, погуляли, осмотрели казанский Кремль, сели на самолет и прилетели прямым рейсом в Ригу.

А в 2018 году ездили на Урал. Но это была командировка. Меня пригласили вести концерт молодежного хора «Балсис» в Перми и в Губахе. Никому последнее название ничего не говорит, но именно там, в Губахе, в предгорье Урала, Стаханов ставил свои рекорды. Ну, а оттуда было бы просто грешно не сесть на поезд и не поехать в Екатеринбург — посмотреть музей Ельцина, музей современного искусства и весь город.

А накануне пандемии мы планировали большую поездку на Камчатку. Уже и компания подобралась, и за все заплатили, но, к сожалению, не получилось. Так что мы планируем еще много мест посетить в России.

Реставрация чувств

Во время своих путешествий вы с мужем собрали уникальную коллекцию утюгов. Теперь у вас свой музей в помещении химчистки на Стрелниеку. Надеюсь, он здравствует?
Да, и этим летом мы организовали первую выставку утюгов и приспособлений для прачек в музее в Алуксне. Потом ее попросили продлить и на сентябрь. Сейчас мы привезли свои утюги обратно в Ригу. В последнее время у нас появилось много новых артефактов. А Дима освоил новую профессию, стал реставратором, научился приводить в порядок эти утюги, распознавать их. В нашей коллекции сейчас китайские, японские утюги, европейские, российские, и, конечно же, латвийские. Вообще коллекционирование — очень интересный, увлекательный процесс. Это и часть экономики, и часть сферы обслуживания, и часть семейного, усадебного быта.

Кстати, почти все утюги из коллекции в хорошем рабочем состоянии. У нас есть мечта устроить что-то вроде музейной ночи и попробовать «оживить» эти утюги: и те, что работают на углях, и те, что работают на спирту, на керосине, и что называется «от души». Душа — это грузик, который нагревают и вставляют внутрь утюга.

Музей находится в Риге, на улице Стрелниеку, 3. Но там только часть коллекции, все экспонаты не помещаются. Мы пришли к пониманию того, что раз в полгода надо менять экспозицию и ждать следующих приглашений от музеев. Важно не количество предметов, а «линейка» — чтобы были представлены все виды, марки. Частенько бывают такие конструкции, что не сразу понимаешь, что перед тобой утюг.

Я тоже приобрела новые навыки — художника, теперь все экспозиции оформляю сама. Мне важно, чтобы в экспозиции были видны также аксессуары или фрагмент одежды, для которых и предназначается конкретный утюг.

У нас есть даже старинные печи для нагревания утюгов вместе с утюгами конца 18-го века, так называемая шопеновская печь. Такую же мы видели на Мальорке в келье Шопена, в которой он жил одну из зим. Это металл, чугун, он хорошо хранится, может пережить эпоху. Кстати говоря, вот такими угольными утюгами в Индии пользуются до сих пор.

Как вы со своей семьей переживаете ковидные годы, локдауны, ограничение на общение? Что вас поддерживает?
Конечно, когда случился первый локдаун, бизнес у Димы остановился, а правительство держало паузу, раздумывая, оказывать или не оказывать помощь, — тогда было тяжело. У мужа работают сотни людей, которым нужно кормить детей, платить за квартиру, поэтому он, конечно, очень переживал. Я его поддерживала, как могла.

У меня самой работы меньше не стало. Но моя сфера — это культурные события, которые просто исчезли. И общение тоже прекратилось — только по телефону. Приходилось иногда и книги читать в эфире. Потому что не было событий. Но мы поддерживали друг друга. Вот тогда-то муж и занялся реставрацией. Сидел у себя в закуточке, пробовал, читал интернет, покупал химикаты, познал, что такое электролиз (смеется). Руки были заняты, и от этого становилось легче.

А вообще, у нас всегда есть чем заняться во дворе — если плохо тебе, что-то мучает, возьми щетку и иди дорожки подметать. Или грабли — убирать листву. И еще у нас есть суперантидепрессанты, две собаки, два алабая, которые так нас любят, такие ласковые, такие общительные, что это настоящее спасение. Так что ничего, справляемся.

Татьяна Мажан/«Открытый город»

Фото: из архива Илоны Яхимович
 
18-11-2021
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Журнал
№01(142-143) Январь-Февраль 2022
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»
  • Андрей Сурмач: "Нужна национальная экономическая идея!"
  • Совладелец KREISS готов устроить коллапс еврочиновникам
  • Рижские адреса Аркадия Райкина
  • Роскошная жизнь Марии Наумовой
  • Борис Акунин: "Времена жесткой силы остались в прошлом"