Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Война между США и Россией или любая война между ведущими странами немыслима при тех арсеналах оружия, которые есть в настоящее время.
Тед Тёрнер, американский бизнесмен, основатель CNN
Latviannews
English version

Экс-спикер Сейма: в 1993-м карточка из «мешков ЧК» стоила 5 тысяч долларов

Поделиться:
«Мы не говорим о списках, мы не говорим о картотеке, мы употребляем термин «мешки»... Что это за материалы? Никто толком не может сказать. Первое, что надо было сделать — рассортировать эти материалы по категории», — заявила в эфире передачи «Точки над i» LTV7 бывший спикер Сейма, профессор университета им. П. Страдиня Илга Крейтусе, пишет Rus.lsm.lv.
 

Юрис Стуканс, участник Комиссии по изучению документов КГБ, судья Рижского окружного суда, подчеркнул: уже в 2014 году приняли закон, предполагающий, что в конце 2018-го материалы опубликуют. Вопрос только в том, как это будет сделано — и что именно обнародуют. Рекомендации и формулирует комиссия.
 

«Сейчас я никак не могу понять, чего хотят те, кто говорит: «Опубликовать, и все», и те, кто говорит: «Не надо публиковать». Никто не может толком объяснить, чего этим хотят достичь... Знаете, какой курьез был? Три раза поднимали вопрос о том, что надо публиковать, и три раза в результате пало правительство... Такое совпадение было, на на этот раз, я думаю, этот вопрос не пошатнет правительство», — заявила Крейтусе.

 «Мы не говорим о списках, мы не говорим о картотеке, мы употребляем термин «мешки»... Что это за материалы? Никто толком не может сказать. Первое, что надо было сделать — рассортировать эти материалы по категории, как они попали... Второй момент, который не выяснили и так и не ответили — где и как хранились эти документы после того, как их положили в мешки. Кто отвечал за эти документы? То они хранились в парламенте — в президиуме хранились, в сейфе... Были случаи, когда велись разговоры о том, сколько стоит карточка: 5 тысяч долларов стоила в 1993 году... Я не могу назвать фамилию, потому что у меня нет письменных доказательств, но такой процесс был, это надо учитывать. Куда перемещали карточки, как все это делалось. Но главный вопрос — зачем и что делается», — добавила она.
 
«Это действительно мешки, потому что, когда КГБ прекратил свою деятельность, картотеку ссыпали в мешок и завязали. Ее потом отвезли в Сейм, подержали там, и отвезли в Бюро по защите Сатверсме. Сначала это были мешки, потом взяли деревянные ящики и сложили обратно», — пояснил Стуканс.

Другие участники дискуссии, как и Крейтусе, указали, что «мешки» не содержат все некогда имевшиеся материалы. «Насколько я слышал, когда КГБ перестал существовать, эта картотека была доступна очень многим работникам. И многие свою агентуру реально почистили, поубирали. Очень многое оттуда исчезло — самое ценное оттуда ушло. Там остался так называемый мусор. Там очень много недостающей информации», — отметил Арнольд Бабрис, экс-сотрудник Бюро по защите Сатверсме.
 
«Я не верю всей этой картотеке. Говорят, что там есть одной рукой что-то записанное, добавлено или не добавлено. Можно ли основываться только на один источник — картотеку — и не смотреть в журналах? Если это совпадает — один момент», — добавил Гунар Куртис, депутат Сейма, экс-глава Конституционного суда.

«В 1987 году на территории Латвии проходили учения Центрального аппарата КГБ, сотрудники которого изъяли и заменили карточки перспективной агентуры, и убрали в подчинение московское, Центрального управления... Начиная с 1988-1989 года контрразведчики начали заменять карточки, потому что ни один нормальный оперативный работник не сдаст никогда свою агентуру», — заявил Янис Адамсонс, депутат Сейма («Согласие»).
 
«Есть первый акт перенятия картотеки и других документов, которых очень много, его подписали латвийская сторона и бывшие офицеры КГБ. Там написано, что эта картотека — 4300 карточек — соответствует действительности. Даже если вы скажете, что карточки кто-то переписывал — в Бюро по защите Сатверсме есть журналы: с 1940-х годов велся учет создания агентуры», — подчеркнул Стуканс.

Он добавил, что помимо картотеки и журналов существует «электронная система Delta», куда вносили протоколы беседы оперативного сотрудника КГБ и агента — она работает и сейчас. Есть также документы, лежащие в российских архивах. «Два вида дел: одно — личное дело агента, второе — куда складывались доносы... И это дела, которые бы на 100% доказали для каждого, на кого дело получено, его сотрудничество и объем поданной информации», — добавил он.
 
Гости программы также подчеркнули, что стоит отличать агента и осведомителя. Кроме того, по словам Стуканса, прежде чем заводить на человека «карточку», сотрудник КГБ должен был выполнить достаточно длинную инструкцию. Кроме того, некоторые карточки изымали — если лицо переставало быть агентом.

По словам члена комиссии, в карточке указывались имя, фамилия, место работы, место жительства человека, членство в КПСС, псевдоним, имя завербовавшего работника, а также отдел и подотдел — про каждый известно, чем он занимался.

Адамсонс уточнил: важен и номер Управления КГБ, поскольку их, по его словам, было 18, у каждого — свое направление. «Мы в данном случае больше ведем речь — и речь в карточках идет — об управлении пятом, Идеологическое управление».
 
Стуканс добавил, что каждый пострадавший может обратиться в центр при Бюро по защите Сатверсме, узнать, не преследовался ли он, например, по доносу. И все документы покажут, кроме того, можно против этих лиц подать иск. «Если есть уголовное преступление, возбудить уголовное дело и направить для наказания». 

Rus.lsm.lv


 

12-01-2018
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Журнал
№10(103) Октябрь 2018
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»